Сделав это заключение, он запер дверь большим ржавым ключом на цепочке и повесил ее на шею. Затем маг вздохнул и махнул рукой сверху вниз; тотчас же скала стала совершенно гладкой. Регин взял у Ивара свой посох, загасил пламя и первым начал долгий и трудный спуск с Бондскарпа.
К полудню отряд спустился с пика, а на закате они достигли места, откуда был виден протянувшийся внизу Лабиринт, смешение гор и утесов, подернутых туманной дымкой. Прямо перед ними был первый вход. Мгновение путники молча смотрели на Лабиринт, вспоминая свое недавнее бегство, когда они все еще были ошеломлены гибелью Гизура.
- У нас есть еще час, до того как стемнеет, - сказал Регин. - Вы хотите этой ночью разбить лагерь внутри кругов Лабиринта?
- Ни в коем случае! - хором ответили все.
- У нас за спиной удобная лужайка и источник с проточной водой,- продолжал Регин.- Думаю, это место больше подойдет нам для ночлега.
- Еще бы,- явно с облегчением отозвался Скапти.- Эй, Ивар, с тобой все в порядке?
Ивар кивнул, не отрывая взгляда от Лабиринта, и его спутники, спустившись с холма, принялись за обустройство лагеря. Финнвард почти сразу сложил костер и начал греметь горшками, пока Эгиль и Флоси выбирали, где устроиться на ночлег. Ивар, оставшийся на гребне, все еще глядел на Лабиринт. Горькие его мысли неизменно возвращались к Гизуру; со смешанным чувством горя и досады Ивар думал, что уж кто-кто, а Гизур должен был знать, что драуг Лоример не умрет навсегда. Регин починил его довольно скоро, судя по всемуг и теперь он стал сильнее и еще больше прежнего алчет мести и разрушения. Гизур обрек их на страшную судьбу - оставив без мага, затерянными в Лабиринте, и меч стал теперь еще более недосягаем.
Слабый звук прервал его невеселые размышления. Это подошел Регин и молча уселся рядом на камне. Ивар поглядел на него без особой приязни, но Регин мягко проговорил:
- Не надо казнить себя за гибель друга. Он верил, что делает все возможное для вашего спасения. Нечасто приходится магу отдавать свою жизнь, но уж если приходится - он делает это с яростной радостью.
- Но разве это честно, что Лоример возрожден, а Гизур останется мертвым? отозвался Ивар. - Отчего ты не применишь свое совершенное искусство, чтобы оживить Гизура, а не Лори-мера?
Регин резко потряс головой:
- Не желай другу подобной участи! Драуги мучаются вечно, пока кто-нибудь не прервет их скитания, и они всегда коварны и злобны. Конечно, порой и они могут пригодиться живым, вот почему существуют чародеи и черная магия. - Он вздохнул, точно тяжесть темных лиходейских познаний существуют чародеи и черная магия. - Он вздохнул, точно тяжесть темных лиходейских познаний непереносимым грузом легла на его плечи.- У меня не было выбора, кроме как исполнить приказ Лоримера. Я хотел выжить, чтобы когда-нибудь увидеть его гибель; откажись я - и он убил бы меня, а потом поработил бы другого чародея, чтобы тот исполнил его веление. Он отыскал меня в другом моем доме, Асраудрсбоге, где я выполняю большую часть своей работы...- Он выделил последнее слово с отвращением.- И там я облек лиходейскую суть Лоримера в новое тело, чтобы он мог продолжить свои труды в Свартаррике и при случае уничтожить вас. Ничто его не остановит.
- И где же, по-твоему, обретается сейчас твое совершенное творение? осведомился Ивар. - Полагаю, он уже заметил, что стоит ему стать у нас на пути, как с ним приключаются всякие неприятности. Если не ошибаюсь, не так уж давно кое-кто заменил ему выколотый мною глаз.
Регин теснее запахнул плащ вокруг своих тощих плеч. Ивару казалось, что этот маг стоит одной ногой в могиле, и поделом. А между тем Гизур, храбрый и сердечный, мертв. Регин пристально глядел на него из-под капюшона, точно видел его мысли насквозь.
- Когда Лоример уходил от меня в Асраудрсбоге, он не соизволил известить своего старого слугу Регина, куда направляется. Быть может, он получил какое-то предостережение и решил больше не преследовать вас. Или же считает, что все вы и так долго не протянете без помощи Гизура.
Ивар фыркнул с мрачным злорадством: