Партия. Тайный мир коммунистических властителей Китая - страница 52

Шрифт
Интервал

стр.

Затем обрушился шквал прочих директив, которые позволили Орготделу плотнее взяться за пропагандистскую сеть; при этом Союз журналистов и ряд телерадиостанций были включены в номинальный номенклатурный реестр, что тем самым повысило их статус. Различные партийные органы, контролирующие профсоюзы, Коммунистический союз молодежи, а также Всекитайскую федерацию женщин, вновь заняли место в списке приоритетных позиций. Партячейки в правительственных департаментах, которые при Чжао Цзыяне были сокращены, а порой и вовсе упразднены, получили вторую жизнь и укрепили политическое ядро системы.

Одновременно был усилен режим секретности вокруг точного числа и наименования элитных должностей, подконтрольных Орготделу. Политолог Джон Берне из Гонконгского университета в начале 1990-х гг. составил номенклатурный реестр за 1990 г., воспользовавшись доступом к материалам министерства персонала, которое играет роль фасада Орготдела ЦК КПК. Хунь Чаню, еще одному ученому из того же университета, удалось раздобыть аналогичный перечень за 1998 г. хотя на сей раз по другим каналам, поскольку министерство персонала больше не публикует такую информацию. Возросшая секретность, отмечает доктор Чань, противоречит «стремлению к большей прозрачности и административной открытости», хотя именно это партия и провозглашала, например, когда Китай брал на себя соответствующие обязательства в 2001 г. при вступлении в ВТО. По оценкам доктора Бернса, в начале 1990-х гг. центр напрямую контролировал порядка 5 тыс. ключевых партийных и правительственных должностей. А вот доктор Чань вообще не стал давать оценок: по-видимому, усиленный режим секретности «подрезал ему крылья».

На первый взгляд Орготдел XXI столетия решительно отличается от подразделения службы госбезопасности, некогда задуманной в Яньани. В списке правил назначения на должности свыше семидесяти пунктов, словно это законопроект. Выдвижение привязано к стажу работы, уровню образования и к занятиям в партшколах, которые проводятся в обязательном порядке каждые пять лет. Чиновники на госслужбе, например, губернатор или мэр, оцениваются по внушительному перечню показателей, будто вышедших из-под пера менеджмент-консультанта. Экономический рост, инвестиции, качество воздуха и воды на вверенной территории, общественный порядок — все это теоретически учитывается при аттестации.

Орготдел обладает всеми атрибутами изощренного, транснационального «охотника за головами», в арсенале которого имеются психологические тесты, детекторы лжи и конфиденциальные собеседования с коллегами перспективных выдвиженцев. Увы, практическое внедрение этих правил — вещь куда более сложная. Те же самые предписания содержат достаточно большие лазейки, из-за которых аттестационные критерии порой вообще не действуют. К примеру, чиновники из категории «особо талантливые молодые кадры» могут пойти на повышение без учета стажа работы. «По большому счету, все зависит от того, заметили тебя или нет, — говорит один из консультантов Орготдела. — Научной системы не существует. Вот и выходит, что почти все получают одни и те же оценки, иначе невысокие результаты плохо скажутся на твоем начальнике».

Китайские вожди уже давно поделили между собой сферы влияния в промышленных секторах и министерствах. Премьер Ли Пэн, объявивший военное положение в 1989 г., длительное время был царем энергетической отрасли, где двое его детей доросли до высоких должностей. Чжу Жунцзи контролировал финансовый сектор, что и позволило ему сказать свое веское слово при назначении руководства китайских банков, а заодно и собственного сына, который стал высокооплачиваемым главой крупнейшего инвестиционного холдинга Китая. А Цзян Цзэминь властвовал над технологическим сектором, раздавая должности многочисленным лоялистам и позволив своему сыну стать ключевой фигурой в промышленности Шанхая в начале этого столетия. Более свежий пример: Цзэн Цинхун в паре с Чжоу Юнканом, членом Политбюро с 2007 г. и ответственным за законодательную работу и службу госбезопасности, были ключевыми игроками в так называемой нефтяной мафии, а также имели влияние при назначении на высшие должности в энергетическом секторе Китая.


стр.

Похожие книги