Итак, портрет. Произведение искусства. Речь, совершенно ясным образом, идет о создании некоторой художественной формы – формы художественного предмета. Ставится эстетическая задача написания портрета.
Портрет – жанр, всецело связанный с человеком, обращенный к человеку и своим содержанием, и назначением. В нем, в его исполнении, встречаются, сопрягаются между собой художественные, эстетические проблемы и проблемы человека, проблемы личности. Портрет обращен к личности. Он не обязательно в плоской, фигуративной манере изображает некую конкретную личность, но в любом случае, по самому жанру он связан с задачами или загадками личности. Что значит представить личность как художественный предмет, как предмет портретируемый? Занимаясь портретом, необходимо, во-первых, выбрать определенные структуры художественного предмета, художественной формы; во-вторых же, надо учесть что в качестве предмета избирается человек, личность. И, стало быть, исполнить портрет означает найти и формы личности, формы антропологические: найти, в чем, как оформляется, выражается, конституируется личность. Этот другой вид формы тоже входит в задачу «портрета». И, наконец, речь у нас идет о портрете художника. Что-то привносится и этим – что?
Из этой постановки вопросов уже явственно выступает тот подход, тот взгляд и на художника, и на человека, и на задачу творчества и эстетики, что станут программными для всей деятельности Джойса. Что делает художник? А художник как раз и претворяет человеческий материал, материал личности, формы личности, если угодно, – в искусство, предмет художественный. Для современного, всем нам близкого структурного мышления это очень естественно представляется как некая универсальная задача в области формы. Требуется взять систему человеческих форм, форм личности, антропоформ, и претворить эти формы в формы эстетические, в портрет. Путем чего? Путем творческого акта. Творческий акт, самовыражение художника предстает здесь как деятельность, которая устанавливает определенное соответствие. Сначала отдельно существует эстетика, отдельно существует антропология (теория личности, психология…) – все это абсолютно разные области. А вот художественная задача, при подобном подходе, как раз и видится как задача, которая неким творческим актом – актом творения, сотворения из ничего, из несуществующего, – совершает претворение структурных форм личности, форм человеческих в формы художественные. Так из одной лишь формулы «портрет художника» возникает цельная художественная программа. Речь идет о том, что во Вселенной существуют художественные формы, эстетические формы (как говорят в философии, ноуменальные: умопостигаемые, идеальные формы), формы художественного предмета, формы прекрасного. Наряду с ними существуют природные формы, в которых мы воплощаемся (как выражается философия, феноменальные, совсем другие), мир нашей практики, сырой эмпирической человеческой реальности, где мы себя ощущаем и осуществляем. И есть нечто таинственное, что именуется «художник». Вот он придет, и между этими двумя системами совершенно разных форм установит, созиждет связь. Да не простую связь, а обнаружит и докажет, выявит тождество этих форм друг другу. Как выражается теория, он установит изоморфизм этих двух структур – структур человеческих и структур эстетических, – и притом установит не математическим доказательством, а непостижимым актом творчества, в котором вся его, Художника, суть и нутро, весь он: установит связь, если угодно, собой: «своею кровью склеит…» И вся эта столь глубокая программа скрывается за простой и краткой формулой «портрет художника». Задним числом мы можем сказать, что творчество Джойса это и есть не что иное, как реализация этой программы – осуществление «портрета художника». Весь, в главном, ход, всё содержание этого творчества можно увидеть и прочесть как серию опытов – ранний портрет художника, следующий и так далее, вплоть до самой последней, невообразимо темной, нечитаемой книги «Поминки по Финнегану». Если всерьез воспринять эту намеченную мной логику, можно и эту книгу увидеть как последний опыт «портрета художника». И в сегодняшней лекции я попытаюсь очень кратко очертить перед вами эту последовательную серию Джойсовских опытов портрета.