В ответ на вопросительные взгляды водителей управляющий кивнул.
— Вы думаете… — сердито начал он, когда дверь за ними закрылась.
— Я знаю, мистер Тиофел, — усмехнулся инспектор. — Только позвольте мне самому поговорить с ним. — Он бросил взгляд на Пейшнс, удовлетворенно потирая руки. Ощущение отцовства вернулось к нему после многолетнего перерыва, когда дочь, уехав за границу малышкой с косичками, вернулась красивой молодой женщиной с выщипанными бровями. Но в данном случае его немой призыв к дочернему одобрению остался незамеченным — Пейшнс размышляла о многих вещах, и удовлетворение отцовского тщеславия среди них не фигурировало. Инспектор вздохнул.
Дверь открылась снова, и на пороге появился седой мужчина из будки внизу.
— Я вам нужен, мистер Тиофел? — недовольно спросил он, подчеркнуто игнорируя присутствие Таммов.
— Выкладывайте, Барби, — произнес инспектор спокойным властным тоном профессионального полицейского.
Мужчина нехотя повернулся к нему и тут же отвел взгляд:
— Не понимаю вас, мистер.
— Для вас инспектор. — Тамм засунул большие пальцы рук в проймы жилета. — Я застукал вас с поличным, так что отпираться нет смысла.
— С поличным? — Барби облизнул губы. — Что вы имеете в виду?
— Взятку, — жестко отозвался инспектор.
Диспетчер побледнел. Его дряблые руки вздрагивали.
— Откуда… как вы узнали?
Тамм улыбнулся:
— Узнавать — моя профессия. Я бы с удовольствием отправил вас за решетку, но мистер Тиофел согласен не предъявлять вам обвинение, если вы во всем признаетесь.
— Да, — подтвердил покрасневший от гнева управляющий. — Вы слышали инспектора, Барби? Не молчите, как бревно!
Барби теребил фуражку.
— Я… у меня семья. Я знаю, что это против правил компании, и собирался отказать первому типу, но…
— Типу в синей шляпе? — прервал Тамм.
— Да, сэр. Я собирался отказать ему, но он показал мне уголок десятидолларовой бумажки, и я позволил ему сесть в автобус с остальными. А через минуту ко мне подошел другой с такой же просьбой и предложил пять баксов. Ну, подумал я, если я пропустил одного, то почему бы не пропустить и второго? Он тоже сел в автобус, и больше я ничего не знаю.
— А Фишер в этом участвовал? — резко осведомился управляющий.
— Нет, мистер Тиофел. Он тут ни при чем.
— Как выглядел второй мужчина? — спросил инспектор.
— Чернявый, с крысиной физиономией, похож на итальянца. Одет шикарно, как из отеля «Палас». На левой руке забавное кольцо. Он вроде бы левша — во всяком случае, протянул мне пятерку левой.
— Что значит «забавное»?
— Ну, вместо камня в нем маленькая подковка, — объяснил Барби. — Вроде как платиновая или из белого золота. А вокруг нее маленькие бриллианты.
— Хм! — Инспектор потер подбородок. — Полагаю, вы никогда не видели этого человека раньше?
— Нет, сэр.
— А вы бы узнали его, если бы увидели снова?
— Да, сэр.
— И он вернулся вместе с учителями, а тип в синей шляпе — нет?
Глаза Барби расширились от удивления подобным всеведением.
— Верно!
— Хорошо. — Инспектор поднялся. — Благодарю вас, мистер Тиофел. И не будьте слишком суровы к вашему диспетчеру.
Он подмигнул управляющему, дружелюбно хлопнул по плечу ошеломленного Барби, взял Пейшнс под руку и направился к двери.
— Я всегда чую неладное, когда кто-то смотрит на меня и тут же отводит взгляд, — усмехнулся Тамм, когда они спускались по скрипучим ступенькам. — Я знал, что диспетчер в этом замешан, как только увидел его в будке.
— Ты неисправимый хвастун, папа, — засмеялась Пейшнс. — Но что нам делать дальше?
Лицо инспектора вытянулось.
— Мы не добились прогресса в поисках старого Донохью, — со вздохом признал он. — Ладно, Пэтти, давай нанесем визит в этот чертов музей.