Телевидение - страница 29

Шрифт
Интервал

стр.

Еще дня два она ходила по студии, заглядывала во все закоулки, долго сидела и смотрела на дикторов, крутила кассеты с записями передач, а на третий день выдала:

— Green and blue.

— Зеленый и голубой? — переспросил, поморщившись, Крахмальников.

— М-да, — криво улыбнулся Гуровин. — Отличный вкус. Экологи и педики.

— Я себе не представляю, — сказал Крахмальников. — Посмотреть бы эскизы…

Он не договорил.

Негритянка раскрыла на столе ноутбук и ткнула пальцем в экран. Головы собравшихся склонились к цветному дисплею. Это был не просто эскиз — это была трехмерная декорация новостных передач с эмблемой студии, криминальных передач — тоже с заставкой, аналитической и детской программ, ток-шоу, даже заставки к кинопоказам там были.

— Когда она успела? — изумился Гуровин.

— Она работает, — коротко ответила Джейн.

Действительно стильное оформление канала было решено в голубых и зеленых тонах. А эмблема включала белую надпись с голубым оттенением и зеленый шарик, который придавал эмблеме устойчивость, задор и многозначительность.

Через месяц канал преобразился. Правда, негритянка взяла столько денег, что хватило бы на раскрутку трех новых проектов. Но работа того стоила.

Крахмальников разогнал половину своих корреспондентов, набрал новых, которые в самом деле рыли землю, но доставали настоящий эксклюзив. Крахмальников понял это тогда, когда на студию стали звонить с Би-би-си и Си-эн-эн, прося разрешения использовать материалы “Дайвера”.

Рейтинг канала плавно пополз вверх. Скоро уже у новостных передач он был 16. А у аналитической программы Леонида иногда доходил до 32.

Единственное, что не удалось сделать Джейн, — это избавиться от Булгакова. Гуровин уперся — и ни в какую. Возражая Джейн, он напоминал, что инвесторы и держатели акций поставили условие, что канал будет проталкивать Булгакова.

— Вы ведь владеете только сорока девятью процентами акций, — говорил он американке. — Большинство на их стороне.

— А ваш процент?

— Я вне политики.

— А ваш, Леня?

У Гуровина и Крахмальникова как раз было по одному проценту.

— Мой процент ничего не решит.

Но Джейн не думала сдаваться. Не получается выпихнуть Булгакова, что ж, никто не запретит каналу раскручивать другого кандидата. В противовес Булгакову.

— Ты станешь политиком, — заявила она Казанцеву. — Организуешь свою партию и начнешь предвыборную кампанию.

— Я?1 — Ты мужчина? — спросила Джейн свое излюбленное.

— Да.

— Я знаю. Поэтому — вперед.

Саша, который в политике был ни уха ни рыла, решил, что, увидев, с какими трудностями придется столкнуться, Джейн отступит. Но трудностей оказалось не так уж много: выяснилось, что в России кто встал, тот и капрал. Скоро была зарегистрирована партия “Союз справедливости”, сокращенно СОС, а Казанцев стал сразу бороться за губернаторское кресло, потому что думские выборы уже прошли.

Баталии на канале разыгрывались нешуточные. Каждую субботу Казанцев и Булгаков встречались в прямом эфире, и эти бои были захватывающими, как бокс. Студию как раз и оформили в виде ринга.

Потом Джейн взялась за кинопоказы и развлекательные программы. Закупила пакет фильмов прямо у Теда Тернера и несколько шоу в Англии, Штатах и Франции. Цифры опроса общественного мнения стали зашкаливать.

Джейн моталась из России в Америку, как в Переделкино. Тащила все новые идеи и новые передачи. Совершенно непричастные к каналу люди называли его самым профессиональным в стране. Вот тогда он и стал по-настоящему оппозиционным, отрадой интеллигентов…

Как-то раз Саша вернулся домой пораньше. В узком дворике перед входом в подъезд место, где он всегда ставил свою “ауди”, было занято белой “девяткой”. Сашу всегда раздражало, когда кто-то ставил тачку на его место. Приходилось ставить машину где-нибудь на улице, а потом, когда заезжее авто укатывало, выходить и перегонять ее.

Но на этот раз Саша не успел отъехать — из подъезда вышли двое и сели в “девятку”.

Казанцев поставил “ауди”, куда привык, и уже хотел выйти из машины, но почему-то оглянулся на удаляющуюся “девятку”. Почему, ну почему в тот момент ничто не заставило его запомнить номер машины? Было, конечно, темно, но номер-то он мог рассмотреть.


стр.

Похожие книги