- Что стряслось?
- Минувшей ночью арестован ваш сын Леонид.
- Как арестован, за что?
- Участие в грабеже с убийством.
Не дожидаясь завершения работы пленума, Хрущев выехал в Киев. Воистину: маленькие детки - маленькие бедки, большие детки - большие бедки. Банда Шампура вечером, перед самым закрытием, совершила вооруженное нападение на центральную сберкассу Киева. По сигналу тревоги прибыл усиленный наряд милиции. Леонид стрелял и ранил командира наряда. Не заезжая ни в ЦК, ни домой, Хрущев направился в наркомат внутренних дел. Успенский встретил его со злорадным огоньком в глазах.
- Где Леонид, - спросил Никита.
- Семь бандитов, в том числе и ваш сын, находятся в КПЗ.
- Вы, конечно, донесли в Москву?
- О происшествиях подобного рода я обязан сообщать в союзный НКВД незамедлительно.
- Что же теперь будет? Вiн же ще дитина нерозумняя.
- Цея нерозумняя дитина майже вбила зувсiм розумнюю людину. Вы спрашиваете, что теперь будет? Боюсь, Никита Сергеевич, теперь будет суд. Я рад бы помочь, но вы же понимаете - я ничего не могу.
Хрущев тяжелым взглядом целую минуту изучал лицо наркома.
"Какая же ты сволочь! - думал он. - Чужое горе тебе доставляет удовольствие. Крыса, злобная крыса. И как это я раньше не увидел, что он похож на крысу".
- Я вас ни о чем и не прошу, - наконец, бросил он, заставив себя при этом унижительно усмехнуться. Вскоре уже в своем цековском кабинете он сидел и смотрел на аппарат ВЧ. "Да, только Он, один Он может спасти моего непутёвого Лёньку. Давай, Никита, звони, умоляй, падай в ноги. Он добрый, Он всё понимает, у него самого два сына. Судьба Лёньки в Его руках. Отец, Хозяин, Царь, спаси моего Лёньку! Всю жизнь верным рабом буду. Всююю жииизнь..."
Но дозвониться до вождя он никак не мог - Поскребышев сообщал: "Товарищ Сталин принимает военное руководство... Товарищ Сталин на приеме в честь немецкой делегации... Товарищ Сталин выступает перед стахановцами..." И Никита решил в тот же вечер ехать в Москву и во время аудиенции выпрашивать спасительную милость. На сорок минут начальник Киевской железной дороги задержал отправление скорого поезда, чтобы на него успел первый секретарь КП(б)У. Во время встречи Никита понял, что Сталин владеет информацией о "киевских художествах" Лёньки. Через день, когда Хрущев уже вернулся в Киев, Сталин сообщил, что политбюро Лёньку простило и посоветовал ему срочно определиться на военную службу. Встретившись на следующий день на заседании УЦИК с Григорием Ивановичем Петровским, Хрущев поделился с ним своей радостью - сын добровольно идет служить в РККА. Григорий Иванович внимательно посмотрел своими умными добрыми глазами на счастливого Никиту, пожал ему руку, поздравил. Он, разумеется, был в курсе дела и подумал при этом: "Конечно, лучше в армию, чем в тюрьму. А вот мой сын, тезка хрущевскому, Леонид, наоборот из армии угодил в тюрьму". Сын Григория Ивановича командовал Московской пролетарской дивизией и, как и тысячи других военных, был брошен в застенки НКВД. Зять Петровского, муж его дочери, заместитель председателя Совнаркома и председатель Госплана Украины Юрий Коцюбинский был тоже арестован и расстрелян. Всё это произошло накануне шестидесятилетия человека, именем которого в 1926 году был назван бывший Екатеринослав. - Днепро-Петровск! Никита, теряясь в загадках, как отметить эту дату самого именитого партийца Украины, спросил Сталина, как это сделать. "60 лет? Хорошо, - посоветовал вождь. - Устройте в его честь обед у себя. Пригласите его с женой и членов его семьи, а больше никого". Никита в точности выполнил монаршую рекомендацию. Тогда он еще не знал, что большая политика - это всегда и большая ложь и грязь. Не знал, но уже начинал догадываться. Хотя бы по таким делам, как тот обед в честь Петровского. Печальное это было зрелище: легендарный коммунист, один из главных зодчих советской Украины вместо достойной радости погружен в тяжкие думы. О сыне. О зяте. О том, что творится в стране.
- Желаю вам счастья, Григорий Иванович, - говорит Хрущев. - Здоровья. От товарища Сталина и от себя.