Если мы рассмотрим религии так называемых дикарей, о которых нам сообщают путешественники, как равно и религии культурных народов, если мы заглянем в нашу собственную, непосредственно и без обмана нашему наблюдению доступную душу, то мы не найдем другого, соответствующего и широко захватывающего психологического объяснения религии, кроме чувства или сознания зависимости. Древние атеисты и даже очень многие как древние, так и новейшие теисты объявляли причиной религии страх, который, однако, ведь не что иное, как самое распространенное, бросающееся в глаза проявление чувства зависимости, Общеизвестно изречение римского поэта: Primus in orbe deos fecit timor, то есть страх первый сотворил в мире богов. У римлян даже слово: страх, inetus, имеет значение религии, и, наоборот, слово religio иногда означает страх, боязнь; потому dies religiosus, религиозный день означал у них то же, что несчастливый день, день, которого боятся. Даже наше немецкое Ehrfurcht - выражение высочайшего, религиозного почитания составлено, как показывает само слово, из Ehre (почитание) и Furcht (боязнь).
Объяснение религии из страха подтверждается прежде всего тем наблюдением, что почти все или во всяком случае очень многие первобытные народы делают предметом своей религии вызывающие страх и ужас явления или действия природы. Более примитивные, например народы Африки, Северной Азии и Америки "боятся, - как это приводит Мейнерс из описаний путешествий в своей "Всеобщей критической истории религий",-"рек в тех местах, где они образуют опасные водовороты или пороги. Когда они проезжают по таким местам, то просят о пощаде или прощении или ударяют себя в грудь и бросают разгневанным божествам умилостивительные жертвы. Многие негритянские царьки, избравшие море своим фетишем, до такой степени боятся его, что не осмеливаются даже на него взглянуть, не то что по нем проехать, потому что они верят, что лицезрение этого страшного божества убьет их на месте". Так, по словам В. Марсдена в его "Естественном и гражданском описании острова Суматры"; редшанги, живущие глубже в стране, жертвуют морю, когда они его в первый раз видят, пироги и сладкое печенье и просят его не причинять им вреда. Правда, готтентоты, как выражаются авторы путешествий, теистически настроенные и не могущие выйти за пределы своих религиозных представлений, верят в высшее существо, но не почитают его; они, наоборот, почитают, "злого духа", который, по их мнению, является виновником всех бед, их постигающих на свете. Я должен, однако, заметить, что известия, сообщаемые авторами путешествий, по крайней мере авторами более ранними, о религиозных представлениях готтентотов, как и вообще дикарей, весьма противоречивы. Также и в Индии имеются местности, "где большая часть обитателей не отправляет других религиозных служб, как только служб злым духам... Каждая из этих злых сил имеет свое особое название, и ей воздаются тем большие почести, чем она представляется страшнее и могущественнее" (Штур, "Религиозные системы языческих народов Востока"). Точно так же и американские племена, даже такие, которые, по сообщениям наблюдателей-теистов, признают "высшее существо", почитают только "злых духов", или существа, которым они приписывают все худое и злое, все болезни и горести, которые их постигают, - почитают, чтобы через это почитание их смягчить, а стало быть, из страха. Римляне в числе предметов своего религиозного почитания имели даже болезни и эпидемии, лихорадку, хлебную ржу, в честь которой они ежегодно справляли праздник, детоубийство под именем Орбоны, несчастье, словом, предметы, почитание которых не имело, очевидно, другого основания, кроме страха, как это уже отмечали сами древние, например, Плиний Старший, и другой цели, кроме как сделать их безвредными, что также уже было отмечено древними, например Геллием, который говорит, что одних богов почитали и чествовали, чтобы они приносили пользу, других - примиряли с собой и смягчали, чтобы они не навредили. Даже самый страх имел в Риме свой храм, также и в Спарте, где, впрочем, по крайней мере по свидетельству Плутарха, он имел значение моральное, значение страха постыдных, дурных поступков.