Сара покачала головой. Она разделяла опасения Настасьи. Актеры и представители сил правопорядка редко понимают друг друга.
Она решила идти напролом:
– Послушайте, я сейчас провожу раскопки того, что осталось от дома Рекса Фейниса. Уже удалось обнаружить кое-какие вещи, среди которых записная книжка за 1936 год. Ваше имя встречается там довольно часто. Вы постоянно приходили к нему. Зачем?
Настасья Ковак напряглась, затаила дыхание, а потом вдруг ее плечи опустились, словно от внезапно навалившейся усталости.
– Я не была его любовницей, если вы имеете в виду это, – вздохнула она. – Впрочем, у Рекса вообще не было любовниц. Одним словом, он не спал ни с кем – ни с женщинами, ни с мужчинами. Он был неспособен.
– Он был импотентом?
– Почти. Он страдал от врожденного недостатка, который называется микрогенитоморфизм. Это означает, что, несмотря на атлетическую фигуру, у него был пенис маленького мальчика. Он бы никогда не смог удовлетворить женщину. Это была его тайна, и он ревностно ее охранял. Можете себе представить, что из этого сделала бы «желтая пресса»? Рекс страдал от множества наследственных заболеваний, например от проблем с кожей, поэтому он был таким бледным, с серыми губами. На самом деле его тело состояло из всех оттенков серого: глаза, волосы, даже язык… у него все было серым. Чтобы производить нормальное впечатление, ему приходилось гримироваться и красить волосы. Это была моя работа. Мне он доверял. Я готовила для него специальные румяна, которые не смывались от пота. На некоторых частях тела его кожа была практически прозрачной из-за отсутствия пигментации. Можно было разглядеть вены и даже мышцы, как будто под калькой. Он редко показывался обнаженным, но однажды костюмерши застали его врасплох в костюме Адама, когда он переодевался между двумя сценами. Свидетельства этих дурочек убедили Микофски в том, что его бред имеет под собой основания. В этой прозрачности ему виделось неопровержимое доказательство того, что Рекс состоял из желатина. К тому же эта кожная болезнь поразила и потовые железы, так что от Рекса постоянно воняло. Он знал об этом и прыскался духами каждые десять минут. Ко всему прочему его нервная система тоже была повреждена.
– Повреждена?
– Да. Когда вы обжигаетесь, вам больно, а ему – нет. Его нервные окончания не передавали мозгу сигналов боли или передавали, но очень слабые, как при анестезии. Вот почему во время съемок он мог получить рану или травму и даже не поморщиться. Однажды он случайно сломал ногу и заметил это только тогда, когда увидел, что она неправильно сгибается! Те, кто присутствовал при этом случае, придумали легенду, что он, мол, не человек, у него нет внутренних органов, и я не знаю, какие еще глупости. Но до правды так никто и не докопался. А на самом деле Рекс был больным человеком, которому приходилось скрывать свои недуги в угоду кинематографическому мифу. В частной жизни он совершенно не походил на тот образ, который изображал на экране. Он всегда повторял мне: «Это просто чудо, что я все еще жив. Я уже давно должен был умереть». Он был грустным и нежным меланхоликом, а на него постоянно все клеветали. Хуже всего вели себя его партнерши. Они распространяли самые гнусные сплетни.
– Почему?
– Потому что они не могли пережить того, что их оттолкнули. Одна из них дошла даже до того, что проникла на виллу Рекса без его ведома, чтобы совершить самоубийство. Она вскрыла себе вены в его ванной, а перед этим отправила письмо в полицию, где объясняла, что Рекс был коммивояжером смерти, устраивавшим самоубийства по просьбе клиентов в обмен на крупную сумму денег. Этот идиотский слух обошел весь Лос-Анджелес. Несколько месяцев Рекса называли Истребителем.
– А та девушка умерла?
– Да, это наделало много шума. Эта маленькая, глупая, никчемная старлетка в конечном итоге преуспела: все говорили только о ней и поливали Рекса.
– Как ее звали?
– Лейк… Лейк Финест. Эта курица пыталась придать себе стильности завитками на лбу и фальшивой родинкой на щеке.
Сара вздрогнула – в портрете, нарисованном экономкой, нельзя было не узнать призрак, который прогуливался под ее окнами накануне отъезда в пустыню!